Ватиканские гроты: папские гробницы и истории, скрытые под Собором Святого Петра
Путь по Ватиканским гротам проходит через несколько веков папской истории и в конце приводит нас к месту, с которого начинается история самого собора.
Спустившись под Собор Святого Петра, мы словно попадаем в другой мир.
Здесь становится тише, пространство сжимается, исчезает привычная торжественность огромной базилики — и вдруг перед нами начинают появляться папы разных столетий.
Одни похоронены в роскошных мраморных памятниках. Другие — в простых саркофагах. Где-то сохранилась только фигура умершего понтифика, где-то от огромного надгробия остались отдельные фрагменты. А иногда сама могила рассказывает о человеке больше, чем его портрет в учебнике истории.
И в этом есть особая прелесть Ватиканских гротов.
Это не музей, где экспонаты стоят в хронологическом порядке. Здесь история буквально лежит перед нами слоями: Средневековье соседствует с Ренессансом, рядом с папой XV века находится понтифик XX столетия, а совсем недалеко от древних саркофагов можно увидеть могилу человека, которого ещё помнят миллионы людей.
Причём сами гроты появились не как обычный подземный некрополь. Их пространство сформировалось в конце XVI века между уровнем старой Константиновской базилики и новой базиликой Святого Петра. Когда старую базилику разбирали, сюда переносили её мозаики, надгробия, скульптуры и надписи — поэтому гроты постепенно превратились в своеобразное место памяти исчезнувшего Сан-Пьетро.
А затем здесь стали появляться и новые папские захоронения.
И если смотреть на них внимательно, можно заметить удивительную вещь: каждая гробница словно выбирает свой собственный способ рассказать о человеке.
Где-то история начинается с войны и изгнания.
Где-то — с книг и любви к античности.
Где-то — с революции, которая заставила папу умереть вдали от Рима.
А где-то — с совсем недавней историей, которую ещё помнят наши современники.
Начнём с человека, который на первый взгляд кажется одним из самых спокойных обитателей этого подземного пространства.
Но его жизнь была совсем не спокойной.
Пий XI: папа-библиотекарь, который любил горы
Перед нами гробница Пия XI — Акилле Ратти, папы, правившего с 1922 по 1939 год.
Папа лежит на саркофаге, а над ним раскрывается золотая мозаичная композиция. Но биография человека, которому посвящена эта довольно сдержанная гробница, гораздо интереснее, чем может показаться.
До своего избрания папой Акилле Ратти был человеком книг. Он много лет работал в Амвросианской библиотеке в Милане, занимался рукописями и историческими документами, а затем стал префектом Ватиканской библиотеки. Он систематизировал каталоги, занимался древними рукописями и реставрацией документов.
Но есть в этой биографии совершенно неожиданная деталь.
Ратти был альпинистом.
Он совершал восхождения на Монте-Роза в 1889 году и на Монблан в 1890-м. Получается довольно необычный портрет: человек, который мог часами работать с древними кодексами, а потом отправиться в горы — туда, где вокруг только снег, камень и высота.
И именно этот человек стал папой в один из переломных моментов европейской истории.
При Пии XI, 11 февраля 1929 года, были подписаны Латеранские соглашения. Они положили конец многолетнему конфликту между Святым Престолом и Италией и закрепили существование Государства-град Ватикан.
Поэтому в одном человеке здесь удивительным образом соединяются три совершенно разные истории: книги, горы и рождение современного Ватикана.
Сам погребальный памятник создан миланским скульптором Джаннино Кастильони. Пий XI изображён лежащим на саркофаге, а за ним находится мозаика с Христом.
И если внимательно посмотреть на мозаику за саркофагом, становится понятно, что и здесь всё связано с биографией Пия XI.
В центре — Христос-Царь, окружённый двумя ангелами. Над ним читаются слова REX REGVM, PRINCEPS PACIS — «Царь царей, Князь мира».
А по сторонам стоят два святых, выбранных здесь совсем не случайно. Слева — святой Амвросий, покровитель Милана, города, с которым была тесно связана жизнь Акилле Ратти. Справа — Тереза из Лизьё, к которой Пий XI испытывал особое почитание и которую при своём понтификате сначала провозгласил блаженной, а затем канонизировал.
Получается, что даже мозаика над гробницей продолжает рассказывать его историю: Христос в центре, а по сторонам — Милан и святая, к которой Пий XI был особенно близок.
И когда смотришь на эту гробницу после знакомства с его биографией, она воспринимается уже иначе. Перед нами не очередной папский саркофаг, а место памяти человека, который до белой сутаны был учёным и альпинистом, а став папой, оказался одним из тех, кто определил устройство Ватикана, каким мы знаем его сегодня.
От гробницы папы Пия XI мы сделаем всего несколько шагов — и окажемся перед памятником человеку, который сам попросил оставить после смерти лишь своё имя и одну фразу, ставшую девизом всей его жизни.
Кардинал Рафаэль Мерри дель Валь: «Дай мне души, остальное возьми»
Перед нами гробница кардинала Рафаэля Мерри дель Валя — человека, который в начале XX века оказался одним из самых влиятельных сотрудников папы Пия X.
Рафаэль Мерри дель Валь родился в Лондоне в 1865 году в необычной для Рима семье: его отец был испанским дипломатом, мать — англичанкой. Он вырос в космополитической среде, знал несколько языков и рано оказался на дипломатической службе Святого Престола. В 1903 году, после избрания Пия X, Мерри дель Валь стал его государственным секретарём — фактически одним из главных людей в окружении нового папы.
Но самое интересное начинается, если посмотреть не на его должности, а на то, как он хотел быть похоронен.
На мраморе перед нами написано:
RAPHAEL CARD. MERRY DEL VAL
А ниже — всего несколько слов:
DA MIHI ANIMAS, COETERA TOLLE
В переводе:
«Дай мне души, остальное возьми».
Это был его девиз. И более того — именно эту фразу Мерри дель Валь сам попросил поместить на своей могиле. В завещании он отдельно написал, что хотел быть похоронен с максимальной простотой и чтобы на гробнице оставили только его имя и эти слова.
И здесь возникает удивительный контраст.
Человек, занимавший одну из самых высоких должностей в Римской курии, человек из знатной дипломатической семьи, кардинал и государственный секретарь, после смерти словно убрал всё это из собственной биографии. Никаких титулов, никаких перечислений заслуг — только имя и одна короткая просьба.
Причём эта фраза была для него не просто красивым девизом. Ватиканский источник рассказывает, что Мерри дель Валь вёл довольно простую и строгую жизнь, много внимания уделял священникам, молодёжи и катехизации, а в своём завещании оставил всё своё имущество Конгрегации пропаганды веры для беднейших миссий.
На саркофаге нет ничего от официального портрета кардинала. Это не рассказ о должностях и не памятник церковному чиновнику. Это несколько слов человека, который сам выбрал, что именно должно остаться от него после смерти.
Довольно строгая гробница запоминается и рассказывает о человеке почти без слов — одной-единственной фразой.
Урбан VI: папа, чья гробница хранит память о Великом расколе
Перед нами не великолепный мраморный монумент, а древний саркофаг, на котором изображён сам папа и сцена, имеющая огромное политическое и религиозное значение.
Это Урбан VI — Бартоломео Приньяно, папа с 1378 по 1389 год.
И здесь есть очень важная историческая деталь: после Авиньонского пленения пап Урбан VI стал первым папой, похороненным в Соборе Святого Петра после возвращения папства из Авиньона.
Но именно с его избранием началась одна из самых драматичных страниц истории папства — Великий западный раскол.
В 1378 году Урбана избрали в Риме на фоне сильного давления римской толпы, которая требовала, чтобы новым папой стал итальянец и чтобы папство не вернулось в Авиньон. Позже часть кардиналов объявила его избрание недействительным и избрала другого папу — Климента VII.
Так в христианском мире одновременно появились два претендента на папский престол.
И теперь посмотрите на переднюю сторону саркофага.
В центре изображён святой Пётр, передающий ключи Урбану VI. Это очень необычный выбор для погребального памятника. Здесь показано не просто вручение атрибута папской власти — ключей. Сцена словно подчёркивает преемственность: Пётр → папа → власть, полученная от апостола.
А теперь — маленький сюрприз.
То, что мы сегодня видим перед собой, — не полностью сохранившаяся средневековая гробница.
Статуя лежащего папы, которая когда-то находилась на этом саркофаге, была отделена от него в 1979 году. Более того, исследователи считают, что она, вероятно, вообще изображала не Урбана VI. Её связывают с Николаем III — главным образом по стилю и форме тиары.
То есть даже здесь, в тихих Ватиканских гротах, нас ждёт маленькая историческая загадка:
мы точно знаем, кому принадлежит саркофаг, но не можем с такой же уверенностью сказать, кому принадлежала лежащая на нём фигура.
И это, пожалуй, очень подходит гробнице папы, с именем которого связан один из самых спорных периодов в истории папства.
После бурной истории Урбана VI нас ждёт ещё один поворот — и на этот раз Рим встретится с эпохой революций и Наполеона.
Пий VI: папа, который умер в плену
От гробницы Урбана VI мы переходим к памятнику Пию VI — папе, который закончил свою жизнь далеко от Рима, в плену, а сегодня его образ здесь застыл в молитве: коленопреклонённый понтифик словно продолжает молиться спустя два столетия после своей смерти.
Перед нами Пий VI — Джованни Анджело Браски. Скульптуру создал Антонио Канова; после смерти мастера работу завершил его ученик Адамо Тадолини.
Но самое интересное здесь — не только искусство.
Пий VI оказался папой в эпоху Французской революции и наполеоновских войн. В 1798 году французские войска заняли Рим, была провозглашена Римская республика, а Пий VI был лишён светской власти и вывезен из Рима.
Он оказался сначала в Сиене, затем во Флоренции и, наконец, во французской Валансе.
Там он умер в 1799 году как государственный пленник.
И здесь история делает неожиданный поворот.
Его тело не осталось во Франции.
По распоряжению Наполеона останки Пия VI были возвращены в Рим в 1801 году. А в 1822 году в Соборе Святого Петра появилась эта знаменитая статуя Кановы. Позднее её перенесли в Ватиканские гроты.
И есть важная деталь, которую легко не заметить: эта скульптура — не сама гробница Пия VI.
Это погребальный памятник. Его останки находятся в другом месте Грот, в древнем саркофаге.
Поэтому перед нами фактически две истории, соединённые в одном пространстве: здесь — Канова показывает папу в молитве, а неподалёку находится место, где действительно покоятся его останки.
Папа, потерявший Рим, власть и свободу, изображён здесь не как властитель, а как человек, который стоит на коленях и смотрит вверх.
Николай V: папа, который превратил книги в часть будущего Ватикана
Следующий памятник выглядит совсем иначе.
Перед нами Николай V — Томмазо Парентучелли, один из важнейших пап эпохи Возрождения, занимавший папский престол с 1447 по 1455 год.
Но прежде чем говорить о самом папе, стоит посмотреть на надпись, которая занимает почти весь фасад его гробницы.
Она длинная — настолько, что кажется, будто перед нами не эпитафия, а маленькая биография, высеченная в камне.
Здесь перечислено, каким запомнился Николай V: он восстанавливал Рим, заботился о церквях и городских зданиях, поддерживал учёных и культуру, стремился вернуть городу былое величие.
А самое интересное — кто написал эти слова.
Автором эпитафии был Энеа Сильвио Пикколомини — человек, который в тот момент ещё не был папой. Но спустя несколько лет он сам взойдёт на папский престол под именем Пия II.
Получается почти исторический диалог: один будущий папа оставил память о другом папе, а спустя несколько лет сам стал продолжателем той же истории.
Но есть в биографии Николая V одна тема, которая особенно хорошо объясняет, почему его считают папой Возрождения.
Книги.
Томмазо Парентучелли ещё до избрания папой был известен своей любовью к учёности и книгам. А став понтификом, он начал собирать при папском дворе огромное собрание рукописей.
При нём коллекция, насчитывавшая в начале его понтификата около 350 кодексов, выросла примерно до 1200 к моменту его смерти в 1455 году. Причём Николай V задумал не просто хранить книги, а сделать собрание доступным учёным.
Так постепенно рождалась Ватиканская библиотека, какой мы знаем её сегодня.
И вот теперь становится интересно взглянуть на Николая V уже не как на далёкого папу XV века.
Он жил в тот момент, когда Рим только начинал превращаться в столицу Возрождения. Вокруг него появлялись новые здания, восстанавливались старые церкви, в город возвращалась античная культура — и одновременно собирались книги, рукописи и знания со всей Европы.
Он словно собирал будущее по частям: камень — для нового Рима, книги — для нового мира знаний.
Поэтому длинная надпись на его гробнице приобретает особый смысл. Она рассказывает не только о человеке, который правил Церковью, но и о папе, при котором Рим начал меняться — из средневекового города постепенно превращаясь в город Возрождения.
И, пожалуй, именно поэтому Николая V здесь хочется запомнить не только по его имени.
Это папа, который оставил после себя не только здания, но и библиотеку — память, которую можно читать.
Бонифаций VIII: папа, который хотел оставить свой след в истории
А вот следующая гробница переносит нас ещё дальше назад — в конец XIII века.
Перед нами Бонифаций VIII, Бенедетто Каэтани, один из самых ярких и противоречивых пап Средневековья.
И его памятник особенно интересен тем, что это фактически остаток огромного погребального ансамбля, созданного Арнольфо ди Камбио.
Первоначальная часовня-мавзолей была построена в 1295–1296 годах ещё при жизни самого Бонифация VIII. Позднее, в 1605 году, часовню разобрали, и до наших дней дошли только отдельные части первоначального комплекса. Среди них — саркофаг и лежащая фигура папы.
Посмотрите на лицо Бонифация.
Это одна из самых интересных особенностей памятника Арнольфо. Средневековые скульпторы часто создавали довольно условные изображения человека. Здесь же лицо папы имеет индивидуальные черты, почти портретную конкретность. Исследователи рассматривают эту фигуру как важный пример возрождения реалистического портрета в итальянской скульптуре конца XIII века.
А теперь вспомним самого Бонифация.
Именно он провозгласил первый Великий юбилей 1300 года, превратив Рим в место массового паломничества.
Но с ним же связана знаменитая борьба с французским королём Филиппом IV. Конфликт закончился драматическим эпизодом в Ананьи: папа оказался в плену у противников. Источник Ватикана отмечает, что знаменитая история о «пощёчине» со стороны Скиарры Колонны относится именно к этому эпизоду и передаётся как традиция.
Человек, который при жизни так много боролся за власть и авторитет папства, после смерти остался перед нами в виде удивительно человеческого портрета.
Арнольфо словно возвращает ему лицо.
Павел VI: папа, который сам попросил не строить ему памятник
После средневековых пап мы вдруг оказываемся уже в совершенно другом мире.
Перед нами — простая мраморная плита с именем:
SANCTVS PAVLVS PP VI.
Это могло бы показаться почти странным рядом с роскошными средневековыми надгробиями.
Но здесь как раз всё объясняет сам папа.
Павел VI заранее написал, каким хотел видеть своё последнее пристанище.
В своём завещании он буквально попросил, чтобы могила находилась в земле, была обозначена скромным знаком и приглашала к молитве. А затем написал ещё яснее:
«Никакого памятника для меня».
Перед нами действительно почти ничего нет: имя, мраморная плита, крестовый знак и небольшое изображение.
Но за этой простотой стоит один из наиболее значительных понтификатов XX века.
Джованни Баттиста Монтини стал папой в 1963 году и завершил Второй Ватиканский собор, начатый Иоанном XXIII. Он стремился к диалогу с современным миром и стал первым папой, который превратил международные апостольские поездки в важную часть папского служения. Среди его поездок были Святую землю и выступление в ООН в Нью-Йорке.
В 1964 году именно во время поездки на Святую землю состоялась его историческая встреча с Константинопольским патриархом Афинагором.
Папа, который при жизни много путешествовал и говорил с людьми далеко за пределами Рима, после смерти словно сделал всё наоборот.
Он выбрал самое тихое место и попросил оставить после себя как можно меньше.
И вот здесь его гробница начинает говорить сама.
О других папах рассказывают скульптуры. О Павле VI — их отсутствие.
Бенедикт XVI: могила, которая хранит память сразу о двух папах
После всех средневековых саркофагов и старинных надгробий мы подходим к могиле человека, которого многие из нас ещё хорошо помнят.
Перед нами — простая белая мраморная плита с надписью:
BENEDICTVS PP XVI.
И кажется, что здесь уже нечего рассматривать.
Но именно эта простота скрывает одну очень интересную историю.
Бенедикт XVI был похоронен здесь 5 января 2023 года. И место для него выбрали не случайно: до него здесь находилась могила Иоанна Павла II. После беатификации в 2011 году останки Иоанна Павла II перенесли в верхнюю базилику, в часовню Святого Себастьяна, а освободившееся место осталось ждать своего следующего папу.
Поэтому сегодня мы видим могилу Бенедикта XVI, но буквально совсем недавно здесь покоился другой папа.
Недалеко сохранилась и мозаика с изображением Иоанна Павла II. И из-за этого всё пространство воспринимается особенно интересно: словно память об одном понтифике продолжает присутствовать рядом с могилой другого.
Но есть здесь и ещё одна маленькая деталь, на которую стоит обратить внимание.
На мраморной плите лежат золотые розы.
И это особенно красиво именно в случае Бенедикта XVI. За годы своего понтификата он возродил древнюю папскую традицию золотой розы — особого дара, который папы преподносят главным образом Марианским святыням. Бенедикт XVI подарил такие розы девятнадцати святыням и нередко сам приезжал, чтобы возложить их к образу Богородицы.
Поэтому эти золотые цветы здесь выглядят не просто как украшение. Они напоминают о той стороне Бенедикта XVI, которую легко потерять за его образом великого богослова: о его глубокой любви к Марии и традиции Церкви.
А сама могила при этом остаётся удивительно простой.
И это очень соответствует тому, как проходили его похороны: без лишней пышности, в соответствии с его пожеланиями. Внутри тройного гроба — из кипариса, цинка и дуба — вместе с ним поместили паллии, монеты и медали его понтификата, а также Rogito — документ, в котором кратко рассказана его жизнь и служение.
Снаружи — только имя и несколько золотых роз.
Внутри — целая жизнь, аккуратно сохранённая вместе с ним.
Именно поэтому эта могила так сильно отличается от многих старых папских памятников.
Перед нами человек, которого ещё совсем недавно миллионы людей видели по телевизору, слышали на площадях и помнят как действующего папу. А теперь его имя высечено на простой белой плите в Гротах Святого Петра.
И здесь история вдруг перестаёт казаться далёкой. Она оказывается совсем рядом — почти нашей современницей.
От папских гробниц — к апостолу Петру
И вот здесь, кажется, мы дошли до самого конца нашего маршрута.
Спускаясь в Ватиканские гроты, мы проходим мимо гробниц пап разных эпох: средневековых понтификов, пап Возрождения, людей, живших совсем недавно. Останавливаемся у саркофагов, читаем надписи, рассматриваем скульптуры.
Но постепенно появляется странное ощущение: мы увидели так много пап — а где же тот, с которого всё началось?
И если пройти дальше, в глубине гротов находится место, которое возвращает нас к самому началу истории этого собора — захоронение апостола Петра.
Именно здесь, согласно христианской традиции, был погребён апостол Пётр, один из двенадцати апостолов Христа и первый епископ Рима. Именно его могила стала причиной того, что спустя века на этом месте возник сначала первый большой христианский храм, а затем и нынешний Собор Святого Петра.
Получается удивительный круг.
Мы начали с пап, которые пришли спустя много веков после Петра, а в самом конце оказались у человека, с которого начинается история папства.
Сегодня в Ватиканских гротах существует специальный маршрут, позволяющий посетителям пройти по этому пространству и увидеть его погребальные памятники. Изменились и правила посещения: теперь разрешены фотографии и видеосъёмка. Это даёт возможность не просто пройти по гротам, а внимательнее рассмотреть детали, которые раньше оставались только в памяти.
И здесь особенно интересно остановиться на месте, связанном с Петром.
Потому что, если поднять взгляд от его захоронения к собору наверху, становится понятен главный смысл всего этого огромного здания.
Собор Святого Петра стоит здесь не случайно.
Его история начинается не с Микеланджело, не с Бернини и даже не с Константина. Она начинается с могилы апостола.
Мы прошли всего несколько гробниц — от Средневековья до совсем недавнего времени. И оказалось, что перед нами не просто семь мест захоронения.
Здесь можно увидеть, как менялось само представление о памяти.
Средневековый папа говорит с нами через символы власти. Папа Возрождения — через книги и учёность. Папа, умерший в плену, — через образ молитвы. А современный понтифик может оставить после себя всего лишь простую мраморную плиту.
Но самое удивительное в Ватиканских гротах именно это: здесь смерть не заканчивает биографию — она словно сжимает её до нескольких деталей.
Иногда это лицо на мраморе.
Иногда одна латинская надпись.
Иногда древний саркофаг, использованный повторно.
А иногда — отсутствие памятника, потому что сам папа так захотел.
И если знать эти истории, проходя по Гротам Ватикана, уже невозможно смотреть на папские гробницы просто как на ряд мраморных памятников. Каждая из них становится маленькой дверью в эпоху, в которой жил этот человек.
Хотите увидеть эти места своими глазами?
Приглашаю вас на авторские экскурсии по Риму, где я рассказываю не только известные факты, но и истории, которые редко встретишь в путеводителях.